— Наша работа не будет связана ни с какой деятельностью. Только с сохранением личного состава и поддержанием его морально-боевого потенциала на должном уровне. Никаких коммерческих или политических интриг. Только тренинг и учеба.

— А кому могут понадобиться работники, которые не приносят никакой финансовой пользы, а только тренируются и сохраняют себя, как беременные женщины?

— Может быть, никому. А может быть, и кому-нибудь. Это вопрос следующий, который требует детальной проработки. Мы же пока рассуждаем в плоскости теоретической — «что будет, если…». Поэтому прошу высказываться в целом, а не по частностям. Господа офицеры…

— Конечно, терять то, что таким трудом доставалось, — не хотелось бы…

— Ребят жалко. Какого черта мы гоняли их до кровавого пота? Чтобы, достигнув пика формы, они ушли в ночные сторожа?..

— Зачем это надо — разгонять профессионалов, чтобы завтра на их место набирать сопливых новобранцев? Если они не нужны сегодняшней власти, это еще не значит, что они не нужны стране…

— Дело, конечно, рисковое, но если нам не оставят другого выхода…

— Нет, мужики, я в такие игры не играю… Все развернулись в одну сторону.

— Отчего это?

— Оттого, что входит в противоречие с уставом.

— Но еще больше со здравым смыслом! Нас-то они вышвыривают без оглядки на закон.

— Михалыч, ты чего это? Давно ли ты стал таким законопослушным?

— Нет, мужики. Все равно. Если будет приказ об отставке — я ему подчинюсь. Лучше пойду в сторожа. Я не участвую в играх, смысла которых до конца не понимаю. Вам чем смогу — помогу. Но сам — нет.

— Вот так категорически?

— Категорически!

— Ну, нет так нет. Неволить никто никого не собирается. Колхоз в отличие от сокращения штатов дело добровольное. Тем более еще неизвестно, будет ли это сокращение. И нужно ли будет после этого сокращения что-либо предпринимать… Ну что, пацаны, еще пива и пара? Остались силенки-то?